Солнце светило так, будто лично хотело, чтобы у Дениса всё получилось. Он вышел из дома без зонта, без шапки и даже без привычной хмурой складки между бровями. В кармане куртки лежала маленькая коробочка с шоколадными конфетами - на всякий случай, «чтобы не с пустыми руками», хотя она предупреждала, что не ест сладкое.
- Да ладно, - пробормотал он, глядя на своё отражение в витрине магазина. - Всё будет хорошо.
Они познакомились в приложении. Она писала грамотно, без смайликов через слово, и первой предложила встретиться в «Чеховском скверике». Денис тогда подумал: «Интеллигентная». И решил, что это его шанс.
В сквере было тихо и уютно, слышалось воробьиное чириканье. Он пришёл за десять минут до назначенного времени, обошёл фонтан, постоял у скамейки, где старушка кормила голубей. Голуби набрасывались на хлеб так, будто это был их последний бой.
- Простите, вы не подскажете, который час? - раздалось за спиной.
Денис обернулся. Она стояла - светлое платье, рыжие волосы собраны в небрежный пучок, глаза серые, внимательные. Совсем как на фото. Только живые.
- Без десяти, - сказал он, глянув на часы. - Вы рано.
- И вы тоже. Значит, мы оба волнуемся.
Она улыбнулась. Улыбка была ровной, спокойной, без намёка на кокетство. Денис выдохнул. Он боялся, что она окажется из тех, кто сразу начинает играть в кошки-мышки. Нет, нормальный человек.
Они пошли вдоль аллеи. Говорили о работе (она - копирайтер, он - водитель грузовика), о книгах (она любила детективы, он - фантастику), о погоде (солнце светило, и спорить было не о чем). Всё шло легко, как будто они знали друг друга давно.
- А ты когда-нибудь боялся? - спросила она, когда они сели на скамейку у пруда.
- Ну, например, что за тобой следят.
- Следят? У меня график - склад-гараж-магазин. Кому за мной следить? Разве что жене.
Он хотел пошутить про бывшую, но осекся. Она не засмеялась. Смотрела на воду, и в глазах отражались рябь и что-то ещё.
- А бывает, - сказала она тихо, - что человек сам не знает, что за ним уже давно следят. С работы, из магазина, из окна дома. Каждый день одно и то же. И кажется, что это норма.
- Ты меня пугаешь, - Денис попытался перевести в шутку. - Это ты сейчас про книгу?
- Про жизнь, - она повернулась к нему. - Денис, ты любишь жёлтый цвет? Твой гараж покрашен в жёлтый. Ты там работаешь уже четыре года. Ты каждый день в 8:20 покупаешь кофе в ларьке у выезда. Кофе без сахара, с молоком. Ты носишь кольцо на правой руке - серебряное, с гравировкой «Спаси и сохрани». Твоя мама живёт в Саратове, ты звонишь ей по воскресеньям. А ещё у тебя есть привычка чесать затылок, когда врёшь. Прямо как сейчас.
Денис почувствовал, как холодок пробежал по спине. Солнце всё так же светило, голуби всё так же ворковали, но воздух вдруг стал плотным, как перед грозой.
- Откуда ты... - начал он и машинально потянулся к затылку. Одёрнул руку.
- Ты сам дал мне свой номер в приложении. Ты сам согласился на встречу. Ты сам пришёл. Я ничего не нарушила.
- Ты на меня досье составила? - он попытался усмехнуться, но получилось криво.
- Я тебя полюбила, Денис. Полтора года назад. С того дня, как ты помог женщине перейти дорогу на том светофоре, у твоего гаража. Я была той женщиной. Ты не узнал меня - я тогда была в синем платке и без макияжа. А я запомнила. Всё.
Она говорила спокойно, даже ласково. Но Денису вдруг захотелось встать и уйти. Бежать. Куда угодно.
- Ты... ты меня нашла? Через приложение?
- Это приложение для знакомств, - она пожала плечами. - Я просто настроила параметры. Твой возраст, твой город, твои интересы. Алгоритмы сами свели. Я только немножко помогла.
Он встал. Коробка с конфетами выпала из кармана и шлёпнулась на землю. Она подняла её и протянула обратно.
- Не бойся, - сказала она. - Я не сумасшедшая. Я просто... решительная.
Она улыбнулась той же ровной, спокойной улыбкой. И в этой улыбке Денис наконец увидел то, что пропустил в начале. Не интеллигентность. Не уверенность. А что-то очень твёрдое, очень холодное, как лёд под солнцем, который не тает.
- Конечно, - кивнула она. - Завтра в восемь двадцать, на кофе? Я буду там.
Он не ответил. Пошёл к выходу из сквера, чувствуя спиной её взгляд. Солнце светило по-прежнему ярко, но ему казалось, что наступили сумерки.
На следующий день он купил кофе в другом ларьке. И послезавтра тоже. Но знал, что однажды она всё равно окажется там, где он её не ждёт. И улыбнётся. И спросит, как дела.
И он, наверное, ответит. Потому что в её глазах, когда она смотрела на него, не было ненависти. Только терпение. А оно, как известно, страшнее любой злобы.
